«От избытка сердца глаголют уста...»

Протоиерей Александр Шаргунов

15 сентября 2009 года на 72-м году жизни после продолжительной болезни скончался заслуженный профессор Московской духовной академии архимандрит Матфей (Мормыль) — музыкальная душа Свято-Троицкой Сергиевой Лавры. Заслуженный профессор Московской духовной академии, воспитавший многих учеников: теперь это иереи, протоиереи, архиереи. Один из них, ныне епископ Гатчинский Амвросий, ректор СПДАиС, говорит: «Как-то на празднике преподобного Сергия он, незадолго до того перенесший тяжелейшую операцию, после которой нужно было лежать, уже управлял хором. Я к нему подошел, говорю: «Батюшка, ну как же вы так? Вы хотя бы немножко себя жалеете?» А он заплакал: «Как же я не буду в храме на преподобного Сергия?!» Об отце Матфее ходят легенды. Но главное в нем — преданность Церкви и неравнодушие к людям.

Блаженны умирающие о Господе, ибо дела их идут вслед за ними. Не только непрерывные панихиды идут по всей России, сопровождают сейчас новопреставленного архимандрита Матфея. Все праздники, все Литургии, которые он пел — Пасха Господня. Мы говорим, что Троице-Сергиева Лавра — столица нашей Церкви. Можно сказать, что хор, который создал отец Матфей — голос Лавры, голос всей Церкви. Он слышен везде, его узнают, он неповторим, как все, рожденное подлинным талантом и тем более благоговейной молитвой. Он сам вдохновляет на молитву ищущих спасения на истинную христианскую жизнь. Это проповедь и для внешних.

В мире, который больше не поет, потому что нельзя же назвать пением то, что сегодня чаще всего они поют. В мире, погибающем от уныния, Церковь поет, как пела она от начала, от Христа, от апостолов, и как будет петь до конца. Церковь не может не петь, потому что всегда сердца христиан переполнены радостью хвалы Господу за дар Его жизни. От избытка сердца глаголют уста. Целожизненный труд отца Матфея — это событие и явление. Иконопись называется богословием в красках. А здесь богословие в звуках, в пении. Отец Матфей был богословом, поэтому он исполнил заповедь: «Пойте Богу разумно». Скажу несколько слов о своем личном общении с отцом Матфеем. Немногие, наверное, знают, что отец Матфей еще был преподавателем, профессором Московской духовной академии. И преподавал он не церковное пение, а Священное Писание Нового Завета, которое, у меня было впечатление, он знал на церковнославянском языке наизусть. На церковнославянском, на языке богослужебном.

Помню, года два назад на защите то ли дипломной работы, то ли кандидатской диссертации он давал отзыв на сочинение выпускника, посвященное богослужебным и певческим традициям Успенского кремлевского собора. Отец Матфей не зачитывал, как это обычно делается, свой отзыв, а говорил, во многом импровизируя на ходу. Какое удивительное знание, какую глубину и тонкость, какое благоговение перед святыней обнаруживал он в своих рассуждениях и замечаниях. Как будто речь шла не об очередном незначительном эпизоде в нашем рутинном учебном процессе, а он, все более увлекаясь, погружался в ту живую стихию, где слово Божие, богослужение и пение сливаются в одно. Невольно вспоминается, как принимали мы с ним экзамен по Новому Завету.

Было 3 группы четвертого курса семинарии, более семидесяти человек. И к каждому отец Матфей обращался не по фамилии, а по имени: Саша, Сережа, Володя. Меня это поразило. Чтобы знать всех по имени, надо, по крайней мере, иметь общение с ними. А на занятиях с этими студентами он встречался лишь два раза в неделю. Это обращение по имени у отца Матфея было естественным, как это бывает у отца к родным детям. Эта естественность, эта простота, эта открытость были, наверное, его определяющими чертами. В подтверждение известной истины: чем значительнее человек, тем более прост, тем естественнее в общении. Видно было, что отец Матфей любил молодежь и молодежь любила его. То ли он заражался от нее, то ли он заражал ее духом не знающей старения веселости. Той веселости, которая знает, что есть Бог. А кто весел, тот да поет, как говорит апостол.

Благодарю Бога, что Он сподобил меня общения, хотя бы самого малого, с этим человеком. А его общение было огромным — от патриархов и архиереев до простых бабушек. Что касается молитвенного общения, то не будет преувеличением сказать, что это было общение со всей Церковью через его хор, через записи песнопений, которые распространялись повсюду. Да, с уходом таких людей уходит целая эпоха. Ушел Патриарх Алексий, ушел отец Иоанн (Крестьянкин), отец Пантелеимон (Агриков). Ушел сегодня отец Матфей (Мормыль). Но как говорил еще святой Иоанн Златоуст, не плачьте обо мне. Не мной началась проповедь Церкви, не мной она и кончится. Отходя ко Господу, отец архимандрит Матфей заповедует бережно, не жалея никаких усилий хранить сокровище Церкви, однажды врученное нам. Золото мы приняли, золото должны другим передать, не допуская обмена его на медяки, то и дело предлагаемые нам.

Потому песнопения отца Матфея звучат сегодня как его молитвы со всей Церковью и как молитва Церкви о нем. Вечная память!

Источник: mpda.ru

Добавить комментарий

Зарегистрируйтесь на сайте чтобы иметь возможность оставлять комментарии