Толк И Польза
Войти на сайт
Логин

Пароль


Регистрация для новых пользователей
Поиск по сайту

Интернет-издание Татьянин День

Исповедь и духовное руководство

Общество друзей милосердия

Патриархия.RU

Храм Живоначальной Троицы в Хорошеве

Православная газета. Екатеринбург

Миссионерский портал диакона Андрея Кураева

«Сестры» — Ново-Тихвинский женский монастырь

Проверка слова

www.gramota.ru

Наши Баннеры

Уроды от моды


В последнее время в моде все яснее проступают неэстетичные, а иногда откровенно уродливые и непристойные тенденции. Что происходит? Почему нам предлагают носить драные штаны и силуэты, искажающие человеческую фигуру? Почему стремление к прилюдному обнажению достигло того уровня, что горожане разгуливают в нижнем белье, демонстрируя голые животы и часть ягодиц? В чем смысл такой моды? Над этими вопросами размышляют психологи И.Я.Медведева и Т.Л.Шишова

Проектировщики глобального мира, судя по всему, решили использовать моду в качестве одного из сильнейших средств патологизации психики. Да, конечно, мода существовала всегда, но она скорее отражала процессы, происходящие в обществе, а не формировала их. С начала же 60-х гг., когда глобалисты заговорили о необходимости произвести в мире «сдвиг культурной парадигмы» и начали активно формировать «культуру рока, секса, наркотиков», моду стали использовать в качестве тарана, пробивавшего брешь в массовом сознании. Сначала шла раскачка контрастами: мини-юбки — макси-юбки; брюки-дудочки — широченный клеш и т.д. В то время перемены происходили медленно, поскольку новая мода всякий раз вызывала у старшего поколения шок, общество сопротивлялось. Но со временем мелькание кадров ускорилось. До середины 80-х мода все-таки соответствовала своему главному предназначению: украшать людей. И одежда подбиралась так, чтобы скрывать природные недостатки внешности.

К концу 80-х стали появляться силуэты и фасоны, которые делали облик нелепым, карикатурным, порой клоуноподобным. Брюки со сборками на животе уродовали даже самых стройных девушек. А сужающиеся книзу брюки создавали впечатление огромного отвислого зада. Не дамские брючки, а мечта паяца!

Тогда же стали популярными и совершенно несуразные мужские наряды. Например, красные брюки, рубашки с кружевными манжетами и гипюровыми жабо. Жабо — красивый элемент одежды. Только женской, а не мужской.

Так в моде 80-х прозвенели сигнальные звоночки, ведь и карикатурность облика, и стремление походить на существо другого пола — все это симптомы психической патологии.

В последующие же годы в моде все меньше оставалось смешных нелепостей и все больше появлялось нелепостей откровенно безобразных, уродливых и даже пугающих. Разгорались дискуссии об эстетике безобразного, об агонийных (от слова «агония») формах искусства. Тенденции безобразного активно развиваются, и мы, как психологи, обнаружив очень многие параллели, предлагаем посмотреть на новейшую моду с точки зрения психопатологии, с которой роднит современную моду намеренное искажение гармоничных и сбалансированных форм.

Вот женщина не просто полная, а страдающая ожирением. Но она в обтягивающих легинсах и в коротенькой майке в обтяжку. Такой костюм — яркий пример сниженной критики, сопутствующей серьезным психическим заболеваниям.

Вот старуха в джинсовой юбке, кроссовках и бейсболке леденцового цвета. Стиль девочки-семиклассницы. Великий Ганнушкин, родоначальник школы советской психиатрии, наверное, квалифицировал бы это как старческое слабоумие. Но сегодня такой вид пожилого человека никого не удивляет.

А вот всамделишные пятнадцатилетние. Он в майке без рукавов из разряда нижнего мужского белья. Голые плечи обезображены татуировками. По всему периметру ушной раковины звенят сережки. Осветленные, как у женщины, волосы стоят дыбом. Вид довольно кошмарный, но еще уродливее выглядит девица. Синими губами она напоминает покойника, черными ногтями на руках и ногах — того, кто не к ночи будь помянут, а выбритые на голове дорожки похожи на проплешины, которые бывают у страдающих трихотилломанией — очень тяжелым невротическим расстройством, когда больные вырывают у себя на голове волосы.

Такое явное обезображивание своей внешности называется в медицине «порчей образа». Оно бывает при весьма серьезных душевных расстройствах. Но если полистать свежие журналы мод, становится понятно, кто индуцирует безумие широкой публике.


Журналы причесок издают будто в помощь ведьмам, чтобы они смогли привести себя в надлежащий вид перед полетом на шабаш. Все представления о красоте волос заменены на противоположные. Всегда ценились пышные, густые волосы. Теперь с помощью особых приемов создается впечатление, что на голове три волосины. А сколько усилий тратил парикмахер, чтобы добиться аккуратной стрижки, ровной челки. Теперь же модную прическу уместнее было бы называть «растрепкой» — неровные патлы еще и старательно хаотизируют. И наконец, никогда не оспаривалось, что волосы должны быть чистыми. Теперь их нужно специально засаливать и вдобавок превращать в паклю.

Неопрятность вообще сейчас поднята на щит. Юбки с перекошенным подолом или даже в виде лохмотьев, прорехи на джинсах, художественно порванные пятки на чулках, рубашки, торчащие из-под свитеров или нарочно застегнутые не на ту пуговицу, обвислые футболки, трехдневная щетина. Но ведь неопрятность — тоже один из клинических симптомов. А если точнее — одно из важнейших указаний на шизофрению. Психиатрическому больному-хронику свойственно забывать, застегнута ли у него одежда, давно ли он мыл голову или брился.

— Да ладно вам пугать! — возмутится читатель. — Причем тут психиатрические хроники? Мало ли как люди выглядят, чтобы соответствовать моде?

Но нельзя соответствовать моде чисто формально. Мазать губы синей мертвецкой помадой и при этом оставаться доверчиво-радостным ребенком. Демонстративность, неряшество, уродство, непристойность моды диктуют и стиль поведения. А стиль поведения уже прямо связан с внутренней сущностью человека. Даже те люди, которые рабски не подражают моде, все равно варятся в этом соку и постепенно привыкают к уродству как к новой норме.

Если бы Ганнушкин увидел пьющую пиво беременную женщину в короткой маечке, заканчивающейся прямо над огромным голым животом с кольцом в пупке, он вынужден был бы развести руками и признать, что это неведомое ему, сложное, полисимптомное душевное расстройство.


Зато наши современники никаких болезненных симптомов тут не наблюдают.

Сколько веков люди помнили, что прообраз женщины, которая ждет ребенка, — Богоматерь. Беременность вызывала чувство благоговения, повышенной заботы. И вдруг такое... Неуважение к себе, которое может проявляться в том числе и во внешнем виде, как наиболее запечатлеваемом гражданским сообществом, во многом рукотворно. И законодатели мод занимают среди этих творцов далеко не последнее место. На какую головокружительную, олимпийскую высоту подняты представители этой профессии! Кутюрье, которых раньше называли модельерами, а еще раньше — модистками, закройщиками и портными, существовали с незапамятных времен. Одежда играла важную декоративную роль, особенно в жизни женщин. Поэтому к советам модельеров прислушивались. Но их как-то не принято было спрашивать — тем более в печати и по телевизору! — какая экономика нужна государству, стоит или нет легализовать продажу наркотиков и что целесообразнее: сохранить призыв в армию или перейи на контрактную службу.

Наряду с модными закройщиками «стилистами жизни» теперь назначены эстрадные певцы и популярные ведущие, которые транслируют модели поведения уже не опосредованно через модели одежды, а напрямую. И представляют собой широчайший спектр психических отклонений и извращений (на профессиональном языке — девиаций и перверзий). Эстрадные певцы были популярны и раньше. Но даже если кто-то из них вел себя несколько экстравагантно, то с поправкой на профессию это не выходило за пределы нормы. Теперь же, по признанию самих артистов, если у тебя нет извращения или хотя бы какой-то «сумасшедшинки», приходится что-нибудь себе придумывать. Иначе будешь выглядеть блекло, сценическому образу необходима «яркость» в духе времени.

Попробуйте посмотреть на экран отстраненным взглядом. Для этого даже лучше выключить звук, чтобы зрительный ряд проступил более четко. Часто уже немолодые артисты задирают ноги выше головы, порывисто сбрасывают с себя одежду, скачут козлом, дергаются в конвульсиях на манер тяжелейшего неврологического заболевания. У них выпучены глаза, как у больных в состоянии острого психоза.


И публика тоже начинает дрыгаться, свистеть, улюлюкать. Безумие заразительно, поэтому весь концертный зал на время превращается в буйное отделение сумасшедшего дома.

Так что психотропное оружие — это не обязательно какие-то загадочные излучения, невидимо разрушающие человеческий мозг. Часового безумия вполне достаточно, чтобы вызвать пусть временный, но массовый психоз. Да и по поводу временности вопрос спорный. Разве беснование может пройти бесследно для человеческой души?..

Личность подростка, бывающего на рок-концертах, дискотеках, стадионах, начинает искажаться. Практически все родители обращают внимание на то, что ребенок становится повышенно раздражительным, агрессивным, не терпит замечаний, заводится с пол-оборота. В нем появляется какая-то непонятная жажда разрушения, пропадает сочувствие, умолкает совесть, достучаться невозможно. Но ведь такая сокрушительная агрессия в сочетании с душевной тупостью — одна из главных характеристик гебоидной или ядерной (затрагивающей самое ядро личности) шизофрении! И вот гебоидные шизофреники предлагаются нашим детям в качестве образцов для подражания.

Отказ от традиционных норм поведения калечит здоровых людей. Мы в этом много раз убеждались, видя девочек и мальчиков из богатых семей, где родители особенно падки на новые веяния. Изначально сохранная психика таких детей деформировалась от нетрадиционного воспитания настолько серьезно, что помочь им намного труднее, нежели детям с врожденной психопатологией. Так что вывод о теснейшей связи традиционных культурных норм с психическим здоровьем — это не просто наши теоретические измышления, а результат многолетнего эмпирического опыта.

Но зачем, опять-таки возникает вопрос, глобалистам нужен безумный, перевернутый мир, в котором уродство занимает место красоты, а порок назначается новой добродетелью? Ответ на этот вопрос неизбежно выходит за пределы прагматики. По-настоящему понять глобализм без его антидуховной составляющей нельзя. Лишь признав, что на наших глазах строится не просто новый, а антихристианский миропорядок, мы наконец перестанем недоуменно пожимать плечами и начнем вникать в суть многих разрушительных тенденций. В частности, тех, о которых мы сейчас рассказали.

Добавить комментарий Зарегистрируйтесь на сайте чтобы иметь возможность оставлять комментарии

 

SpyLOG Google-Add.com - Открытый Каталог Сайтов Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru