Духовное различие между Востоком и Западом условно

Православный публицист В. А. Никитин, доктор философии и академик РАЕН

Фрагменты статьи «Русская идея и взаимовлияние западного и восточного христианства»

Историко-географическое и культурно-политическое разделение мира и даже одной только Европы на Восток и Запад в настоящее время весьма условно. Для России, географически оказавшейся на стыке Европы и Азии, Запада и Востока, с самого начала ее государственного бытия особенно характерна общность исторической и духовной жизни этих двух взаимопроникающих миров. Русское Православие, как известно, имеет общие с греческим святоотеческие корни, восходящие к эпохе единой неразделенной Церкви

Роковую роль в возникновении предубеждения русских относительно западных христиан (латинян) имела агрессия шведских и тевтонских рыцарей против России в XIII в. Влияние Запада на Россию в этот период сказывалось главным образом в области ремесел и технологии, а также военного дела. Это влияние значительно возросло при Петре I, который «прорубил окно в Европу» и открыл Россию для широкого влияния Запада. Линией раздела между западным и восточным христианством (католицизмом и православием) можно было бы считать германо-славянскую границу, если бы не Польша, так как славяне-поляки принадлежали по преимуществу католической Церкви. Русско-польские культурно-политические и церковные связи, весьма интенсивные в период раннего Средневековья и впоследствии (XIV–XVI вв.), сыграли большую роль в процессе взаимовлияния западного и русского христианства. С большинством памятников польского и европейского Возрождения в России познакомились лишь в XVII в., в связи с восприятием культуры барокко.

В этот период традиционные черты русского и византийского Средневековья в значительной степени трансформировались. Под влиянием католического Запада в русском богословии возникла так называемая «малороссийская традиция», главным представителем которой можно считать митрополита Киевского Петра Могилу (XVII в.). В изданном в 1646 году требнике «Евхологион» отдельные литургические молитвословия (чины и последования) взяты из римского «Ритуала» папы Павла V (1605–1621). Литургическое влияние католического Запада на русское богослужение в этот период особенно заметно. Впрочем, «латинские литургические молитвы и идеи усваивались уже и раньше, и усваивались постепенно» (Пути русского богословия. 1937. С. 48). Западное влияние на некоторых русских иерархов было очевидно и в области догматической. Под влиянием «Римского катехизиса» было составлено, например, «Православное Исповедание» (1640–1642) митрополита Киевского Петра Могилы. Сильное влияние европейской схоластики на русское богословие продолжалось до начала XIX в.

Несмотря на это влияние, русское Православие в народной массе сохранило свою национальную самобытность и удержало не только традиционные византийские обрядовые формы, но и различные формы восточной аскетики и мистики. Хотя в догматическом и нравственном богословии были использованы некоторые системы латинских и протестантских авторов, они соответственным образом трансформировались на русской почве; при этом, проходя через фильтр народного благочестия, было отринуто все чуждое и неприемлемое в сфере церковной жизни. В начале прошлого века было начато преобразование духовных школ в России, преподавание на латинском языке уступило место преподаванию на русском. Усиление русского национального самосознания, безусловно, было вызвано ростом патриотизма во время Отечественной войны 1812 года.

В годы, когда Россия возглавила борьбу народов Европы против наполеоновского нашествия, русская тема стала неотъемлемой частью европейской, в особенности немецкой литературы. Убежденные в том, что только Православие обладает полнотой истины, старшие славянофилы — Алексей Хомяков, братья Иван и Петр Киреевские, братья Константин и Иван Аксаковы — развили учение о православной соборности как союзе любви и свободы, призванном восстановить единство человеческого рода. Россия, по их мысли, должна раскрыть христианскую правду о земле, деятельно-общественную правду, не раскрытую в византийском Православии. Для К. Аксакова русская история приобретала значение «всемирной исповеди». Особое место в споре славянофилов и западников принадлежит выдающемуся русскому мыслителю К.Н. Леонтьеву (1831–1891).

РОССИЯ ПРИЗВАНА СПАСТИ РАЗЛАГАЮЩУЮСЯ ЕВРОПУ

Леонтьев утверждал, что Россия призвана спасти разлагающуюся Европу от пороков мещанства и буржуазности, явить миру новый и высший тип цветущей культуры. Вл. Соловьев, в отличие от Леонтьева и Данилевского, видел призвание России в отказе от национального ради универсального, в жертвенном слиянии с Европой. Истина, как нам кажется, лежала где-то посредине — в сочетании национального и универсального, в синтезе византийского и германо-римского начал, вознесенных на новую высоту славянским духом. Если идеализация России славянофилами и не оправдывала себя, то их критика западно-европейского рационализма и буржуазности во многом была справедлива. В этой критике они исходили из лучших достижений свято-отеческой мысли, вдохновляясь духовными идеалами преподобных Исаака Сириянина, Максима Исповедника, Григория Паламы, Симеона Нового Богослова и др.

Славянофилы были правы в главном: русский народ продолжал оставаться верным хранителем Вселенского Православия. Видный русский философ профессор Л.П. Карсавин (1882–1952) посвятил этой теме брошюру «Восток, Запад и Русская идея» (Петроград. 1922). В ней подчеркнуто, что русская религиозность и богоборчество являются существенными моментами проявления национального духа, которому чужд духовный индифферентизм. Красоту русского православного человека раскрыла всему миру наша классическая литература. Знакомство с ней не могло не волновать европейского читателя. Не будет преувеличением сказать об огромном, поистине эпохальном влиянии Тургенева, Толстого и в особенности Достоевского и Вл. Соловьева на целую плеяду немецких и европейских писателей, философов и деятелей культуры, начиная с конца прошлого века и до наших дней. В их числе Р. Рильке, Ф. Кафка, С. Цвейг, Г. Гессе, Ф. Ницше, А. Эйнштейн, А. Камю и многие другие.

Сто лет назад Вл. Соловьев поставил вопрос о смысле существования России во всемирной истории и сказал пророческие слова: «Идея нации есть не то, что она сама думает о себе во времени, но то, что Бог думает о ней в вечности». Рассвет русской богословской мысли в начале ХХ столетия протекал в русле общего культурного подъема, который принято именовать серебряным веком русской культуры. Свой творческий вклад в это движение внесли Н. Ф. Федоров и В. С. Соловьев, С. Трубецкой и Л. Лопатин, Д. С. Мережковский и В. В. Розанов, В. А. Тернавцев и А. В. Карташов, Н. А. Бердяев и священник Павел Флоренский. Можно с уверенностью говорить о том, что к настоящему времени Запад ассимилировал многие концептуальные идеи русских религиозных мыслителей из упомянутых выше. Особенно оживился за последние годы на Западе интерес к творческому наследию выдающихся русских мыслителей-энциклопедистов — священника Павла Флоренского и Н. Федорова. Протоиерей Сергий Булгаков в своей работе «Россия, эмиграция, Православие» (1925) писал: «Мы встретились с Европой на равной почве, ибо мы уже не смущаемся перед нею, чувствуя свое достоинство, и это чувство приобретено нами за последние годы.

Оба наши направления — западничество и славянофильство — рождались из ложного и недолжного пафоса расстояния между православной Россией и Европой. Но теперь мы знаем, что есть почва, на которой мы можем встретиться как равные — как разные ветви одного и того же христианского дерева», «ибо нет другой воли к распространению Православия, кроме радостного приглашения духовно с нами жить, с нами молиться и дышать с нами одним воздухом». В приведенных словах прекрасно выражено отношение Русской Православной Церкви к инословному миру, проникнутое духом любви к единоверным братьям во Христе. Духовное различие между Востоком и Западом, конечно, будет сохраняться в самом стиле их религиозной жизни, в особенностях традиционного богослужебного строя. Несмотря на принадлежность к различным социально-политическим «блокам», Восток и Запад связаны единым могучим духовным полем христианства. Сосуществуя в одном историческом времени, они оказывают друг на друга все возрастающее взаимное влияние.

Главный собор Русской Архиепископии Константинопольского Патриархата в Париже, св. блгв. князя Александра Невского (12 rue Daru). Построен в 1861 г.

Добавить комментарий

Зарегистрируйтесь на сайте чтобы иметь возможность оставлять комментарии