Кого ловят на «живца» эмансипации?

Изображение 14931 не доступно

Равноправие мужского и женского начал в одном организме вызывает жестокий дисбаланс субъекта с обществом. Неравноправие этих самых начал питает институт семьи, рождает таинство человеческой любви, означает гармонию жизни. Те люди, которые требуют математического равенства полов, совершают насилие над Природой. Об этом статья журналистки Елены Пустовойтовой

Честно говоря, всегда считала нелепыми и надуманными споры о равенстве (или неравенстве) полов по той простой причине, что убеждена: любому человеку со здоровой психикой вполне понятно, что природой заложенные неравенства между мужчиной и женщиной есть промыслительная гармония, постижение смысла и радости которой составляет прекрасную часть нашей жизни. Освобожденные от «ига прошлого» в семнадцатом году, советские женщины уже в феврале того же года вышли на демонстрацию и среди прочего потребовали предоставить им равные избирательные права — и тут же их получили. Это была первая и последняя действительно феминистская демонстрация в истории России. Поскольку пока западные суфражистки боролись за равенство и право голоса, советские женщины уже вовсю не только голосовали за партию, но и по ее призыву работали на шахтах и транспорте, в народной милиции и даже небезуспешно рвались в морфлот.

Новая власть путем объявленных и необъявленных льгот и квот протаскивала женщин во все сферы общественной жизни, а массовое истребление мужчин во время репрессий и в годы Великой Отечественной войны привели к окончательному закреплению за женщиной статуса ведущей силы общества, главы семьи и единственного полноправного родителя. В СССР был «сверху» применен принцип квотирования «женских» мест в структуре власти — то, к чему на Западе пришли лишь в последние годы. Сейчас феминизм в России представлен множеством мелких групп, существующих в основном на подачки западных спонсоров. И совершенно очевидно, что руководит ими не стремление к борьбе за какие-нибудь социальные преференции для женщин, а стремление во власть лидирующей головки, выраженное в том числе и в упорном проталкивании идеи возвращения к советской практике квотирования «женских мест» в парламенте страны. Само по себе играть заметную роль в политике и находиться в центре «политической тусовки» отнюдь не предосудительно.

Другое дело, что у значительного большинства женщин, использующих «гендерную атаку» для достижения такой цели, это имеет ту же самую природу, что и страсть к любому другому шоу — от парадов моды до конкурсов красоты. Я не хочу обижать мой «слабый пол», но и в своих самых смелых заявках на «равенство» с мужчинами мы неизменно следуем одному и тому же психологическому «рисунку» поведения — подчеркиваем, тщательно прорисовываем и выпячиваем свое женское естество. Но так ли безобидны и милы подобные способы самоутверждения? Вернемся на шаг назад: что стало следствием первой волны эмансипации в России? Уже к началу тридцатых в стране повсеместно резко снизилась рождаемость — к этому времени в странах Европы она и вовсе стала вдвое ниже необходимого минимального уровня для сохранения нации. Катастрофически быстро выросло число разводов — в двадцатых годах у нас женщине можно было развестись, послав открытку с заявлением об этом в адрес местного суда. А на второй волне эмансипации в шестидесятых, уже после Второй мировой войны, в мирное время — вновь стало актуальным слово «безотцовщина», когда миллионы подростков из так называемых неполных, взятых под формальную защиту государством семей (у матерей-одиночек), лишенные нормальных и естественных условий для своего развития и воспитания, пополнили ряды криминалитета и подсели на наркотики.

Сегодня уже хорошо известно, что не «патриархат в семье» становится причиной эскалации насилия в обществе: есть прямая связь между бурным ростом преступности и фактически искусственным изгнанием отцов из семьи. То есть к росту насилия и преступности последних десятилетий привели в том числе и усилия феминисток. Женщина стала свободной от очень многих уз, в том числе и семейных, но стала ли она при этом счастливее? Безопаснее ли стала ее жизнь? Ну что же, равнять так равнять. Причем не только в сфере руководства в органах власти и управления, но и среди рабочих, занятых на горных, горно-капитальных, строительно-монтажных и ремонтно-строительных работах. Глупость? Очевидная. Но почему тогда не очевидна глупость защитников «гендерного равенства», прописавшихся на наших телеэкранах и изобилующих в Интернете? Не потому ли, что они выполняют заказ на растление наших детей, усваивающих с экранов эту глупость как истину? Они говорят, что идея «маскулинной семьи» уродует институт брака, и пропагандируют извращение нравственности как норму.

И разве не демонстрацией нравственного уродства стали иллюстрированные журналы и парады геев и лесбиянок — созревших плодов «гендерного равноправия»? Разве не уничтожению главного социального института в обществе — семьи — служат многочисленные напичканные обоеполой грязью телевизионные программы вроде «Дом-2»? Тем, кто делает вид, что забыл, что такое нравственность, напомню: нравственность — это свод запретов, исполнение которых отличает существо, имеющее душу, от существа, души не имеющего. О том, что наступление на наши души ведется по всем фронтам, включая и «женский», совершенно определенно говорит факт монетизации отношений мужчины и женщины в современном мире. Нас, вслед Западу, приучают к тому, что отношения между людьми, вступающими в брак, обусловливаются не их чувствами друг к другу, а контрактом, который определяет условия продажи их личных свобод друг другу. К тому, что домашний женский труд должен иметь «монетный» эквивалент, а не счастливую семью. К тому, что самодостаточность женщины есть высшая цель женской свободы. Все это — только внешние признаки глубокого кризиса семейных отношений, вызванного монетизацией чувств. Им вслед неизбежно идет деградация нравственности.

Современная женщина ничего не должна мужчине. Она теперь имеет в своем распоряжении большой набор средств для разрешения вопросов с беременностью. Собственно, это и есть сегодняшний итог «гендерного равноправия». О том, что гендерная асимметрия заложена в нашей природе, свидетельствует собственно сама природа. Но чтобы не быть голословной, сошлюсь на академический труд Энн Мойр и Дэвида Джессла «Пол мозга. Истинные отличия мужчин от женщин»: «Последнее время отмечено двумя противоречивыми процессами: развитием научных исследований в области различий полов и пропагандой политкорректного утверждения, что таких различий нет вовсе. Нам известны случаи, когда ученым либо было отказано в финансировании их работы, либо они сами прекращали ее из-за «политического давления». А те, кто все-таки продолжают работать, отмечают практически полное игнорирование результатов их исследований, которые противоречат доминирующей идее всеобщего и абсолютного равенства и одинаковости людей. Парадоксально то, что интерес к теме половых различий человеческого мозга вырос из попытки ученых доказать, что таковых нет вовсе. Предполагалось, что тесты IQ, будучи лишенными пристрастий и предрассудков, покажут, насколько мы все равны и одинаковы. Поэтому первые результаты тестирования, показывающие постоянное превосходство одного пола над другим в различных областях, рассматривались как несостоятельность методики. В 1950-х гг. д-р Вэслер, американский ученый, разработавший тест IQ , наиболее широко применяемый сегодня, обнаружил, что более тридцати созданных тестов «отдавали предпочтение» либо мужчинам, либо женщинам.

Вэслер с коллегами решили отсекать все те тесты, результаты которых явно показывали превосходство одного пола над другим, а когда составить «нейтральный» тест все-таки не получилось, они осознанно добавили предпочтительные для мужчин либо предпочтительные для женщин вопросы, чтобы получить примерно одинаковые для обоих полов результаты. Однако отличия между мужчинами и женщинами в способностях решать те или иные задачи упрямо проявляли себя вновь и вновь, так что сам Вэслер в конце концов написал: «Наши исследования подтверждают то, что часто замечают поэты и писатели и во что верят обыватели, а именно что мужчины не только ведут себя, но и думают не так, как это делают женщины». Тогда пришла очередь социологов. Они активно выступили с теорией о том, что дети рождаются «нейтральными» по своей половой принадлежности, а затем родители, учителя, начальники, политики и все остальные «злые волшебники» нашего общества «лепят» по своему усмотрению невинный детский мозг. Как думают социологи, во всем виновно общество.

Но так ли это на самом деле? Наиболее ярко проявляется различие полов в способности ориентироваться в пространстве, способности представлять вещи, их форму, положение, соотношение к сторонам света и пропорции. Факт превосходства мужчин в этой области доказан сотнями различных научных исследований. Начиная со школьной скамьи мальчики в основном превосходят девочек в областях математики, основанных на абстрактных представлениях пространства, соотношений и теоретики. Американский психолог доктор Камилла провела самые развернутые и длительные исследования наиболее одаренных молодых математиков страны. Одним из результатов этих исследований стало такое наблюдение: на одну математически одаренную девочку приходится тринадцать мальчиков. «После 15 лет, в течение которых я безрезультатно пыталась найти социальное объяснение этому феномену, я сдаюсь», — говорит Камилла Бенбоу. В то время как мужской мозг позволяет с легкостью оперировать формами и теоремами, женский — лучше оснащен для восприятия информации, они видят, чувствуют и слышат больше, чем мужчины, а также с большей легкостью принимают и обрабатывают сигналы внешнего мира.

Мужчин занимают вещи, женщин — отношения между людьми. Эти различия видны уже в первые часы после рождения ребенка. Девочки больше интересуются людьми и лицами, в то время как мальчики не видят большой разницы между ними и подвешенной перед ними игрушкой. Девочки быстрее учатся говорить и лучше успевают в младших классах школы. Они также быстрее начинают читать, им легче даются правописание и пунктуация. Позднее женщины с большей охотой учат иностранные языки, они также лучше и легче говорят; заикание и другие дефекты речи в основном встречаются среди мальчиков. Женское ухо более восприимчиво, чем мужское, поэтому капающий кран скорее поднимет с кровати женщину, чем разбудит мужчину. Женщины видят больше оттенков красного и легче различают предметы в темноте, их зрительная память лучше, чем мужская. Мужчины видят лучше при ярком свете, их зрение менее периферийно, но они видят дальше, чем женщины, чье глазное дно принимает более широкую картину окружающего мира».

Что же должно следовать из этих и множества других выводов ученых, перечеркивающих феминизм на корню? Ничего революционного. Только то, что мы, женщины, и вы, мужчины, — разные. А те, кто спекулирует на «женском равноправии», извлекают из нас с вами просто-напросто выгоду: поднимаются в политических рейтингах, чтобы получить «квоту» во власти, или собирают «монетарные» дивиденды с тех, кого совратят своей «философией». А задача государства в том и состоит, чтобы, безусловно признавая эти различия, рационально использовать их и в трудовой, и в социальной сфере. Поддерживать семью и помогать молодежи, только встающей на крыло, при нашей «ветреной» политической погоде.